• Макс Митяшин
  • Макс Митяшин
  • Макс Митяшин
  • Макс Митяшин
  • Макс Митяшин
  • Макс Митяшин
  • Макс Митяшин

Разное

Преступление и наказание

Арлекины помимо «Арлекиниады» задействованы еще и в отдельных проектах. И везде преуспевают. Ощущение такое, что в сутках для них не 24, а 36 часов. Многим поклонникам «Арлекиниады» известно, что Максим Митяшин живет между Москвой и Санкт-Петербургом, потому что в Питере он играет в одном из замечательных спектаклей, где я совсем недавно побывала в роли зрителя.

- Максим, поклонники «Арлекиниады» наслышаны, что ты играешь еще в одном спектакле. Раскрой секрет.

С мая 2012 года имею честь играть в спектакле по роману Федора Михайловича Достоевского «Преступление и наказание», который успешно идет на сцене театра «Балтийский дом» в городе Санкт-Петербург на малой сцене. Режиссер Вадим Сквирский, актер и режиссер «Небольшого драматического театра» Льва Эренбурга. В спектакле я играю роль Свидригайлова Аркадия Ивановича и маленький эпизодик - священник.

- Те, кто увидели тебя в роли Свидригайлова, говорят, что ты один из самых фантастических Свидригайловых. И я, зная твоего Свидригайлова, охотно присоединяюсь к этому мнению. А какие чувства ты питаешь к своему персонажу?

Для этого спектакля, как нельзя кстати, применимо понятие «ребенок». И эта роль для меня – тоже ребенок. Любимый ребенок. Да простят меня все остальные роли, Аркадий Иванович Свидригайлов – это мой любимый ребенок сейчас. Избалованный, выращенный с любовью и заботой. Но он уже вырос и отправлен в такое хорошее самостоятельное плавание.

- Ты такой был убедительный, что в эпизоде, где Раскольников бросается спасать задыхающегося Свидригайлова, была доля секунды, когда я хотела выскочить с места и выкрикнуть: «Ему на самом деле плохо!». Так я испугалась… Как тебе это удаётся?

Ну, вот она, сила актерского перевоплощения, убеждённости в том, что ты делаешь.

- Зал содрогнулся. Я была под огромным впечатлением…

Этот спектакль «Преступление и наказание», в этом его и удивительная сила, он создан и собран с такой любовью. Мы его вынашивали, рождали, сочиняли три года. Потом мы год его еще собирали. И два года он идет на сцене. То есть, спектаклю, по сути, уже почти шесть лет. Я не просто так говорю, что это ребенок. И как любой ребенок, он дарит своему родителю колоссальную энергию. Когда ты наблюдаешь за тем, как он играет, растёт, развивается.

- А что ты чувствуешь после спектакля?

После спектакля физически я немного уставший, но внутренне энергетически реально есть желание сыграть еще.

- В тот момент, когда ты играешь, ты так включен в персонажа! Я забыла, что персонаж – это не ты, настолько глобально играешь. После спектакля ты возвращаешься в себя сразу или еще какое-то время держится послевкусие?

Персонаж покидает спектакль где-то минут за 20 до окончания спектакля. В эти оставшиеся 20 минут до поклона я головой и телом возвращаюсь в нормальное состояние потихонечку. При том, что последний выход на поклон, тоже актерский. И те, кто придут и увидят, это достойная отдельная маленькая история всех персонажей.

- Я очень была рада тебя такого увидеть, такого другого.

Спасибо! Это большая похвала для актера, когда его не узнают, то есть когда его не отождествляют с персонажем на сцене, что вот это Максим, а это Свидригайлов. Для любого артиста это в высшей степени похвала, когда говорят: «Тебя на сцене не было». Это очень круто!

- Да, у тебя было именно так! Поклонники «Арлекиниады», влюблённые в твоих Чеширского кота и Да Винчи, полюбят с той же силой твоего Свидригайлова! Удачи, процветания тебе, Максим.


Интервью взяла Зоя Янковская.